ЦСКП
Также в разделе:
Заработала новая версия сайта
Коллеги и партнеры:


  • Rambler's Top100

    Яндекс цитирования

    ЦСКП: Стенограмма заседания на тему: «Земельный ресурс: как создать эффективного хозяина?»

    [17.02.2011]

    Яровая И.А. Уважаемые коллеги, извините, что вынуждены немножко позже начать заседание. Сегодня запланировано заседание ЦСКП, очень жаль, но Юрий Евгеньевич, я знаю, очень стремится, если получится, он приедет и примет участие.
                    Вопрос, который, мы полагаем, было бы очень важно сегодня обсудить, и мероприятие, с которого мы с Василием Ивановичем только что приехали, это подтверждает. Наше общение со сторонниками, наши поездки в регионы, работа, которую мы ведем в рамках Государственно-патриотического клуба по продовольственной безопасности, с очевидностью ставят очень остро в повестку дня вопрос не просто земли и земельных отношений, а вопрос того, что сегодня на земле должен появиться хозяин. Хозяин в широком смысле слова – человек, заинтересованный в том, чтобы на этой земле жила его семья, чтобы на этой земле он занимался созидательным трудом. И мы прекрасно понимаем, что в масштабах нашей большой страны этот вопрос очень серьезно связан не только с экономикой, а он имеет прямую корреспондирующую связь и с решением социальных проблем, и с вопросами демографии, и с вопросами нашей культурной идентичности. То есть, если посмотреть, в какой цепочке взаимосвязей находится решение земельного вопроса и появление на земле молодых, трудолюбивых и ответственных хозяев, мы поймем, что это вообще вопрос, который предопределит и будущее нашей страны.
                    Сегодня утром я задала вопрос своей дочери – студентке. Она уже фактически выпускница МГУ, она изучает Земельное право. Я говорю: «Катюша, вот расскажи мне, пожалуйста, как ты считаешь, сегодня насколько просто человеку реализовать свое право?». На меня она посмотрела очень недоуменно и говорит мне: «Мама, ты знаешь, я думаю, что только имея в семье профессионального юриста, причем юриста, который изучал Земельное право, человек сможет только разобраться в тонкостях и в том, как сложно написана норма, которой должен пользоваться любой человек». Причем, как мы понимаем, это может быть человек, не имеющий высшего образования, человек разного возраста. Поэтому сегодня перед нами как законодателями, наверное, стоит еще очень важный вопрос сделать так, чтобы те нормы, которые регулируют права человека на приобретение земельного участка, его использование, они были понятны и доступны. И уж тем более, чтобы процедуры работали для человека, а не создавали ему жизненные трудности и препятствия.
                    Мы помним, какое одобрение вызвала инициатива Дмитрия Анатольевича Медведева о том, чтобы при рождении третьего ребенка давать земельный участок. Но очень важно, чтобы дальше в развитие эта норма приобрела очень реалистичный, жизненный характер, чтобы не возникало ситуаций, когда у человека возникает слишком много обременений. И, конечно же, очень важно, чтобы сегодня государство подумало над тем, чтобы создать привлекательным и выгодным приход на землю и строительство на земле домов. Инфраструктура, коммуникации – это самые дорогие вложения. Здесь наверняка будут очень разные мнения, но хотелось бы услышать ваши предложения, коллеги, как экспертов, как профессионалов о том, что сегодня выгоднее – провести коммуникации и построить общежития или провести коммуникации дальше и отдать эту землю с коммуникациями людям под индивидуальную застройку. Вот мне почему-то думается, что в рамках тех серьезных и правильных решений и по инвестированию, и по возможности использования материнского капитала, наверное, как можно больше проектов, связанных с созданием инфраструктуры, позволит очень активно вовлечь и заинтересовать людей в том, чтобы соучаствовать в строительстве индивидуального жилья и к тому, чтобы, к чему всегда призывает Василий Иванович, на земле заниматься в том числе и ее обработкой, индивидуальным хозяйством. И мы сегодня прекрасно понимаем, что для многих семей это является не просто подспорьем, это является очень серьезной и уникальной возможностью и создавать условия для безопасного питания, и для воспитания детей.
    В общем, круг вопросов достаточно большой. И за нашим «круглым столом» собрались эксперты, которые могут сказать не только в теории, но и в практике вопроса, потому что вы встречаетесь с теми селянами, которые уже сталкиваются с какими-то проблемами, и с молодежной аудиторией, где всегда звучит вопрос: «А мы бы хотели строить свои дома». И мы знаем, что, например, в Белгородской области есть прекрасный пример того, что строительство домов и работа на земле стали уже массовым народническим движением, потому что органы региональной исполнительной власти создавали максимально благоприятные для этого условия.
                    Заканчивая свое краткое вступление, сделать хотелось бы только одну ремарку. Сегодня постоянно кто-то пытается рассуждать, какие рейтинги. Кому-то хотелось бы, чтобы, наверное, рейтинги «Единой России» снижались, но я могу вам с полной уверенностью и ответственностью сказать, что это не так. И вот, бывая в регионах сегодня, просто общаясь с людьми воочию, вживую, знаем, насколько сегодня важны и поддерживаются те меры поддержки федеральной, которые предлагаются и за счет бюджета, и за счет целевых программ, и программ развития. И то, что сегодня все те социальные гарантии, которые нами заявлены, безусловно, финансово обеспечены, это позволяет говорить о том, что каждый человек чувствует определенную уверенность и может прогнозировать свою жизнь. И все разговоры о возможности строительства дома, о желании людей брать земельные участки подтверждают, что сегодня мы смогли решить целый ряд сложных социальных проблем, которые создают у человека, у семьи ощущение того, что есть вот тот базис, есть то основание серьезное, есть та надежность, которые позволяют смотреть дальше и становиться хозяином, и заниматься уже таким домохозяйством в хорошем, большом понимании. И это говорит о том, что те задачи, которые сегодня перед нами ставятся новые политические, это есть в том числе и хороший итог, и подведение прошлого периода, когда мы смогли решить проблемы, которые казались на тот период неразрешимыми. Это и выплата заработной платы, и уровень заработной платы, это и пенсии, которые сегодня находятся уже не ниже, а выше прожиточного минимума. Поэтому это тот комплекс вопросов, который позволяет нам сегодня всерьез говорить уже о новом этапе – об этапе массового строительства на земле и расширения территориального видения тех поселков и городов, которые сегодня есть по всей России.
                    Коллеги, я позволю себе на правах ведущего сразу предоставить слово Валентину Петровичу Денисову. Не только потому, что мы вместе ездим очень много по регионам и работаем по вопросам продовольственной безопасности, а потому, что сегодня именно в село идут большие меры государственной поддержки. Мы знаем, что и строительство дорог в этом году – 5 млрд. Какие дополнительные меры и какое видение сегодня у нашего профильного комитета для создания еще более привлекательных условий по заселению и обработке земель?
                    Денисов В.П. Спасибо, Ирина Анатольевна. Для чистоты жанра, к сожалению, мы не являемся профильным комитетом даже в законодательном обеспечении земель сельхозназначения, потому как таковым является Комитет по строительству и земельным отношениям, что в принципе привносит немало проблем в нахождение каких-то общих позиций стратегических, куда идти нам с развитием земельной реформы дальше.
                    Я хочу вам напомнить о том, что в этом году исполняется 20 лет земельной реформе в Российской Федерации, как мы начали заниматься этой работой, и де-факто, и де-юре 80% земель сельхозназначения по-прежнему де-юре не оформлены. Они по-прежнему висят в воздухе, то есть люди сеют, пашут, убирают, по сути дела, в воздухе, потому как в любой момент может опуститься дамоклов меч в виде какой-то очередной рейдерской команды, которая придет и заявит свои претензии не только на эту землю, которую крестьяне обрабатывают, но и на урожай. И у нас за последние годы доходило до стрельбы при выяснении отношений в ряде регионов, а кто же на самом деле хозяин на том или ином клочке земли.
                    Если говорить в целом о земельной проблеме, вы знаете, что в соответствии с Земельным кодексом у нас есть семь категорий земель самых различных, и земли сельхозназначения – это одна из семи категорий. У нас порядка 190 млн. гектар земель сельхозназначения  в стране, где-то 70 млн. – это посевной клин, то, что мы засеваем яровыми, озимыми и с чего получаем урожай. На период раздела земель колхозов и совхозов свидетельства на земельные паи в России получили порядка 12 миллионов граждан. Сегодня эта цифра, конечно, намного меньше по прошествии вот этих уже более, чем 10 лет, потому как есть естественные утраты владельцев земельных паев, есть де-факто отказавшиеся от этих земельных паев, но не имеющие юридического основания оформить свой добровольный отказ от этих земель, есть земли, которые не переданы по наследству, в пассивной форме находятся. Почему мы так боролись за принятие изменений в Закон «Об обороте земель сельхозназначения», который был принят совсем недавно, и от первого до окончательного чтения прошел год, потому что у авторов этого закона… Геннадий Васильевич Кулик вот там прячется, а он один из активных авторов этого закона, вместе ходили по разным инстанциям, доказывали, почему так должно быть. То есть то, с чего я начал, что мы не основные в определении аграрной политики по землям сельхозназначения, это тоже вносит некий отпечаток. Приходится через лишнее звено многие вопросы решать.
                    Я не могу не коснуться темы юридических формальностей оформления земель, то, что мы имеем на практике в Российской Федерации, я не побоюсь сказать того, что сегодня хоть де-юре у нас и есть вот эти миллионы собственных земельных паев и невыделенных или выделенных земельных участков, 276 тыс. крестьянских фермерских хозяйств, несколько сот тысяч личных подсобных хозяйств, которые имеют свои земли, но с юридической точки зрения, и, видимо, кому-то это выгодно, настоящим хозяином земли сегодня по-прежнему является де-факто чиновник и всевозможные «корпорушки», созданные чиновником. Я еще не знаю ни одного человека с самыми большими кабинетами и положением, в том числе и на федеральном уровне, который бы пошел и без проволочек в течение месяца оформил тот или иной земельный участок, то ли это под личное строительство, то ли это под дачное использование и т.д. Все сопряжено с хождением по мукам, с поборами немыслимыми и мыслимыми, которые до сих пор продолжаются в стране. И хоть мы в землях сельхозназначения сейчас этим законом все-таки придвинули порядок ближе к реальности, вместе с тем в рамках наших клубов партийных, хочу сказать, что пока общественность не поднимется на защиту интересов общества и конкретного землевладельца, толку никакого не будет. Как грибы растут эти структуры. Сначала они были чисто государственные, потом мы разрешили кадастровой оценкой и многими другими операциями, связанными с оформлением земель, заниматься частным структурам всевозможным, которые, как правило, и создают эти чиновники. И получаются еще больше поборы с людей. Это тяжелейшее социальное клеймо в нашем обществе, и, наверное, не только социальное, и ужесточение законодательства по наведению порядка на земельном рынке, связанного с оформлением этих земель, оно, конечно, является сегодня вопросом номер один. И если «Единая Россия» возьмет на себя миссию помочь разобраться, а уж коль мы собрались здесь сегодня и говорим на эту тему, значит, мы беремся за нее, это очень ответственный шаг. Но в случае победы или хотя бы постепенного продвижения к победе, конечно же, авторитет партии и структур, которые будут ей помогать в этом, будет расти, потому что это больной нерв на сегодня. Проблема оформить земельный участок, переоформить те или иные сооружения на этом земельном участке, даже оформить дарственную сегодня – это головная боль у бабушки, чтобы внуку передать то, что она имеет на этом земельном своем участке, это одна головная боль, это сопряжено с большими финансовыми затратами, порой несоизмеримыми просто, если сравнивать с практикой других стран в решении этих вопросов. Да еще жуликов полно, которые проявляют себя в качестве тех людей, операторов, которые занимаются.
                    Приведу один пример вчерашнего дня. Я вчера был в Удмуртии. Земли сельхозназначения, достаточно престижный район недалеко от аэропорта. Группа московских «товарищей» приехала, правдами и неправдами эту землю взяла под себя, назвала это проект «Рублевка-18» (Рублевка – понятно, 18 – это 18-ый регион), и начала эти земли сельхозназначения без должного перевода их в другую категорию продавать под дачное и садовое строительство. Люди вложили деньги, сейчас это сплошные судебные тяжбы, не могут найти крайнего, а кто же на самом деле это все организовал. Вот я вчера с прокурорами там встречался, с чиновниками от правительства и прочими. Это очередной «МММ», очередная «Властелина», только с земельными вопросами. И таких «Рублевок-18», по-моему, в каждом субъекте Федерации сегодня не по одной штуке находится. То есть земельный рынок люди шустрые использует в плане своего личного обогащения, не задумываясь о том, что порой люди приносят и отдают им последние копейки.
                    Я вот вчера смотрел по телевизору передачу с «Властелиной», ну она сидит вся белая и пушистая и готова опять «осчастливить» половину России, только дайте возможность. То есть однажды не наказанные в полной мере обществом, я не говорю сегодня о судебной практике, они как грибы будут по-прежнему оттуда выползать. И таких, конечно, мы должны знать и на пушечный выстрел не подпускать к рядам «Единой России», я бы так сказал.
                    Завершая, я хочу сказать, что, конечно, у нас в повестке так лихо: «создать хозяина». С понедельника хозяин на земле у нас не появится. Мы только вот эти 20 лет идем в муках через земельную реформу, через все шишки-балабошки, что называется, уж извините за непарламентские выражения. Дай бог, чтобы наши дети, наши внуки были осознанными хозяевами на этой земле. Но для этого нужна и образовательная программа, и семейное воспитание – отношение к собственности семейной, это должны общественные институты работать в этом активно. Только в этом случае по прошествии какого-то периода, смены поколений у нас появится в стране эффективный собственник.
                    Я на этом завершу, спасибо.  
    Яровая И.А. Уважаемые коллеги, у нас здесь присутствуют фермеры. И я позволю себе утверждать, что у нас сегодня есть уже хозяева на земле, которых нужно защитить, и партия этим занимается, но должен появиться еще и новый хозяин. Мы должны создать благоприятные условия, чтобы сохранился тот хозяин, который себя уже так обозначил и работает на земле. И сегодня у партии есть несколько проектов, которые посвящены исключительно этой теме, и мы очень активно взаимодействуем, это и «Фермы России», и «Садоводы России», и «Народный контроль». То есть мы сегодня как партия понимаем и свою заинтересованность, и свою ответственность за то, чтобы не просто взаимодействовать с теми, кто сегодня работает на земле, а, понимая важность их работы, создать дополнительный стимул и условия для работы. И Владимир Николаевич Плотников сегодня ведет огромную работу по этому вопросу. Мы вместе все здесь были инициаторами закона о государственном регулировании и торговой деятельности, где в том числе касались рассмотрения вопросов защиты наших фермеров и создания условий, чтобы они могли реализовывать свою продукцию. И сегодня на уровне нашего лидера Владимира Владимировича Путина обсуждаются и готовятся новые инициативы, я думаю, о которых Владимир Николаевич сейчас и сможет нам рассказать.
                    Плотников В.Н. Спасибо, Ирина Анатольевна.
                    Уважаемые коллеги, очень важно, что наша партия не боится брать на себя ответственность за решение тех вопросов, которые интересуют миллионы наших граждан. Ни одна встреча с крестьянами, где бы мы ни встречались, не обходится без вопросов, связанных с развитием земельных отношений, везде. Потому что тема действительно фундаментальная, и уже на протяжении последних 20 лет этой теме придается важное значение. Наверное, не только 20 лет, всю жизнь, сколько Россия существует, земельный вопрос был в центре политики, экономики, и он продолжает таким оставаться. И наша задача, конечно, разработать сегодня такое устойчивое законодательство, которое бы снимало всю проблематику земельных отношений системно.
    Но как получается на сегодняшний день? На сегодняшний день получается, что мы 30 млн. гектар земли не обрабатываем. По разным оценкам 30 млн. гектар. В то же время люди хотят взять землю для ведения крестьянско-фермерского хозяйства и фактически не могут это сделать. Ясный парадокс, что мы должны это решать. И почему решать, да потому что мы обладаем около 10% сельскохозяйственных угодий планеты, и в то же время Россия, обладая таким ресурсом, сегодня вместо того, чтобы себя кормить и продавать, мы сегодня больше всех в мире завозим продовольствия. Примерно на 1 трлн. рублей завозим импортного продовольствия. Причем ананасы, кофе, бананы мы завозим – это оправданно, но мы же молоко завозим, мясо завозим, что, конечно, оправданию не подлежит. И мы сегодня из потребительской корзины, которая производится в мире, больше всего черпаем, обладая таким ресурсом. И, конечно, вот этот большой тормоз, связанный с ограниченными возможностями для ведения крестьянско-фермерского хозяйства, человеку взять землю и вести это хозяйство, я думаю, что, конечно, здесь надо принимать решительные меры.
    Какие сегодня меры мешают этому? Вот Валентин Петрович уже цифру назвал эту. Мы за 20 лет из тех 12 миллионов человек, которые свидетельство получили, землю оформили около 15% только и получили документы. Получается, что остальная часть населения у нас и весь оборот земельный находится в тени.
    С места: Если точно – 18.
    Плотников В.Н. Виктор Николаевич Хлыстун утверждает, что это 14%, мы говорим – менее 20%. Цифры примерно одного порядка. И мы понимаем, что это какой-то лимитирующий фактор.
    Так вот, что надо сделать? я думаю, надо посмотреть, как наши соседи это делают. Например, Украина. Украина пошла по такому же пути, получили свидетельства. Но в Украине на сегодняшний день 92% всех собственников на землю имеют документы на руках – государственный акт, а у нас такое маленькое количество. И поэтому нам надо, мы так считаем и просто убеждены в этом, государству выделить необходимы деньги для того, чтобы провести межевание, для того, чтобы провести все необходимые землеустроительные работы, и в максимальной степени чтобы земля уже получила прописку и документы людям выдали на руки. Это государственный акт на право собственности на землю с соответствующими обозначениями. Тогда можно говорить о цивилизованном рынке, тогда можно будет говорить о том, что земля – это очень важный залоговый инструмент, очень цивилизованный, под который можно брать кредиты. Это совсем другая ответственность для любого крестьянина, когда такой инструментарий работает. И в этом смысле в последнее время закон принят об обороте земель сельскохозяйственного назначения, с 1 июля он начнет действовать. Это наша партия приняла, это дополнительные реальные рычаги для того, чтобы наводить порядок в земельных отношениях, изымать землю у тех нерадивых хозяев, которые сегодня просто имеют в собственности землю, но не используют ее надлежащим образом. Причем у нас же есть такие прецеденты, которых в мире нет, мир таких не видел. За короткое время в собственности на землю оказались 200 тысяч, 300 тысяч пашни, 400 тысяч, 500 тысяч и даже больше. И государство не отслеживает, насколько эффективно, рационально используется эта земля, потому что у нас земельными отношениями занимаются очень многие министерства, ведомства, а это точно пословица про ситуацию с землей, когда у семи нянек дитя без глаза. Вот это с нашим главным ресурсом – землей – наблюдается в полной мере. Поэтому выделение государственных ресурсов для того, чтобы провести необходимые вопросы по наведению порядка, я считаю, что это одна из основных наших на сегодняшний день задач.
    Что касается партии здесь, то другие партии, посмотрите, никто не имеет конкретных подходов, программ для того, чтобы шаг за шагом выстраивать эти отношения. Чистый популизм вплоть до того, чтобы землю опять превратить и отдать в государственную собственность. Но сейчас у крестьянина кто попробует ее забрать? Это же ни у кого не получится. А наша партии должна, я согласен с Валентином Петровичем, брать на себя эту ответственность, принимать законы и стараться этот вопрос регулировать. Тем более сейчас сказали 20 лет. Сегодня у нас 17 февраля. Через два дня 150 лет ровно, как отменили крепостное право. 150 лет отмене крепостного права в России. Это юбилейная очень знаковая дата. И тогда этот земельный вопрос был в центре всей политики, общественной жизни, и сегодня он таким остается. Мы подготовили ряд предложений, которые хотим обсудить на съезде. Вот мы их так по порядку обозначаем. Но центральный вопрос связан с тем, что касается урегулирования документально каждому собственнику и выдача государственного акта. Вот интерес к этому процессу очень показателен статистикой в этом году. Такого, по-моему, скачка с 90-х годов не было. Только за 2010 год количество крестьянско-фермерских хозяйств действующих увеличилось на 70%. Было 180 год назад, сейчас 304 тысячи зарегистрированных крестьянско-фермерских хозяйств. И это благодаря тому, что государство выделяет деньги для поддержки личных подворий по программе занятости, и они могли оформить хозяйства и стать заниматься фермерством. Это пример к тому, какой интерес у людей заниматься землей и люди видят перспективу, потому что государство наше, закрепив реальные принципы многоукладности, а у нас в Российской Федерации есть крупные хозяйства, средние, мелкие, но вопрос с землей для всех важен и первостепенен.
    Так вот, вот это желание людей заниматься крестьянским трудом, конечно, это большое дело, большая инициатива, надо ее правильно подхватить и использовать ресурс для того, чтобы мы могли производить продовольствие для себя, продавать это продовольствие и зарабатывать, повышая бюджеты всех уровней.
    И последнее хочу сказать. Была два дня назад встреча у Виктора Алексеевича Зубкова с крестьянами Самарской области и Татарстана. И вот там были удивительные на встрече, всех же людей не знаешь, фермерским хозяйством занимается врач, юрист, учитель. И вот одна женщина из Татарстана, она врачом проработала много лет, и сейчас, благодаря поддержке региона, семейную ферму построили. У них 25 коров, у нее своя семья, других детей женщина взяла, и так эмоционально, по-женски говорит: «Вы не представляете, что это такое – своя земля, своя ферма, свои коровы! Жить хочется снова начинать!». И это действительно тот мотив, который мы должны на государственном уровне использовать, это важный мотив. И я очень надеюсь, что в этом направлении на уровне государства будет понимание. Потому что сегодня и «Россельхозбанк» поворачивается к этой теме очень внимательно. И мне очень приятно, что лизинг, наша главная компания «Росагролизинг», здесь Валерий Львович Назаров присутствует, руководитель компании, тоже сейчас конкретные механизмы предлагают для того, чтобы эти направления развивали – семейные фермы, сельский дом для людей, я не говорю про технику, про кредитование, про новые залоговые подходы. И мне кажется, такое важное направление мы должны освоить, и партия должна быть здесь заглавной, потому что через партию можем проводить законы. Когда люди собираются, вот мы сейчас с предвыборной кампанией много ездим, я тоже согласен, что все надежды большие связаны и населения России, что мы примем такие важные решения, и это поможет развивать и сельское хозяйство, и сельские территории, и в целом Российскую Федерацию. Спасибо.
    Яровая И.А. Уважаемые коллеги, поскольку здесь уже упомянули «Росагролизинг», я думаю, что было бы неплохо услышать Назарова Валерия Львовича.
    Назаров В.Л. Большое спасибо за предоставленное слово.
    Я в сельском хозяйстве совершенно недавно, меньше года, но производство, конечно, знаю. И я сторонник следующего, что у нас достаточно много различных программ, и эти программы крайне необходимы для нашей страны. Я вот уже за год проанализировал, что многие программы, если взять программу «Здоровье», программу «Жилище», они все равно связаны с АПК. Что у нас на столе, какое качество питания – отсюда и прямая зависимость качества жизни человека, отсюда и здоровье.
    По вопросу земли, конечно, я считаю, что любая земля – это не просто наименование земли, а та, которая находится в обороте и приносит определенные результаты. Сегодня правильно говорят, что у нас там порядка 36 млн. гектар практически залежных земель. И если мы в ближайшее время их не начнем обрабатывать, то мы посчитали, что если залежные земли обрабатываются в течение шести-семи лет, потребуется на один гектар 68 тыс. рублей. Это средний такой показатель, в зависимости еще от условий. 68 тыс. рублей. Конечно, это ни одному фермеру не по плечу будет, и здесь государство должно участвовать. Не случайно мы в течение длительного периода времени, четыре месяца, очень активно занимались с пятью субъектами Российской Федерации по созданию МТК. Раньше это называлось МТС, сегодня механизированные технологические компании, которые будут предоставлять услуги селянам не только связанные с обработкой земли, но услуги на селе, на деревне. Потому что мы сейчас можем констатировать, что многие села просто этих услуг не получают. И я думаю, что этот процесс будет, вот мы создали в Татарстане и в Самаре две подобные опытные базы. В Самаре 512 тыс. гектар земли, чернозема, которые сейчас не обрабатываются. И, конечно, благодаря мощной технике, которую мы будем поставлять, ресурсосберегающей технологии эта земля будет вовлечена в оборот.
    По вопросу оформления земельных участков. Действительно, проблема достаточно серьезно и остро стоит. Но я считаю, что на протяжении 15 лет, даже больше, бюджет Российской Федерации выделял огромнейшие деньги для того, чтобы кадастрировать всю страну. И вопрос этого кадастрирования практически ежегодно возобновляется, соответствующим образом оформляются земельные участки. Но как только приходится частное лицо, наверное, потребуются еще дополнительные денежные ресурсы для того, чтобы надлежащим образом оформить. Я считаю, что основная задача в первую очередь была – это фискальные функции, то есть надо знать, кто владеет этой землей, и соответствующим образом потом обеспечивать оплату налогов. Так что здесь может быть комбинированный вариант, и посмотреть, чтобы часть денежных средств, которая идет на кадастрирование страны, я думаю, что можно было бы селянам помочь в финансовом плане.
    Второй немаловажный вопрос, который следует здесь затронуть, насколько эффективно используется земля и какие эффективные или неэффективные собственники на этой земле. Я согласен, что есть фермеры, которые начинали практически с нуля, это «Беларусь-1221», это порядка 40 гектаров, а сегодня там по истечении 10-12 лет это уже около 4 тысяч гектар земли, это хорошая уже энерго, ресурсосберегающая техника и, конечно, уже новые технологии. Отсюда и урожайность, отсюда и качество жизни семьи.
    Но какая сегодня ситуация? Мы ежегодно сдаем десятки молочных ферм. Эти фермы практически по новым проектам отвечают европейским и мировым стандартам. Это вестфалевское оборудование, которое практически обеспечивает автоматический режим и дойки, и обслуживания скота. И те, кто его обслуживает, они пользуются всеми услугами, которые предоставляет фермер – душ, горячая вода, все есть. Как только специалист, отработав свою смену, перемещается к себе в жилой фонд, там совсем другие условия – воды нет, туалет на улице в 50 метрах, а то и больше. И, конечно, почему нельзя делать комплексы, которые позволяют и строительство фермы, и жилищного комплекса для этого фермера. Как правило, беспокойство невероятное, когда с фермером встречаешься, ферма находится где-то в трех-четырех километрах, у него дом или в деревне, или в каком-нибудь поселке, и вот постоянно вот эта миграция из жилого дома к ферме, не случилось ли там что-то. Начинают обеспечивать сигнализацией, связью и всем остальным. Гораздо было лучше, если бы это было компактно. Но проблема опять оформления земельного участка, ввиду того, что этот земельный участок передан целевым образом, и строительство жилого фонда практически невозможно.
    Со стороны «Росагролизинга» мы могли бы это делать в комплексе и передавать это жилье в ипотеку, и соответствующим образом, я думаю, что эта проблема была бы решена гораздо быстрее, чем сегодня. Мы переговорили со многими, кто поставляет такие жилые дома для сельских тружеников. Это где-то порядка 12-12,5 тыс. рублей квадратный метр будет стоить, и мы бы это все делали под ключ.
    Следующий вопрос, конечно, это современная сельхозтехника. Мы понимаем, что крупные компании переходят на импортную технику и достаточно интенсивно, отказываясь от услуг наших отечественных сельхозпроизводителей. Сейчас идет разработка стратегии развития сельхозмашиностроения в России до 2020 года. И я обращаюсь и к депутатам, и к вам, Ирина Анатольевна, это очень важный документ, и если его качественно подготовить, тогда соответствующим образом мы будем констатировать, что сельхозмашиностроение в стране, а мы знаем, что в советское время было специализированное министерство, которое занималось сельхозмашиностроением. А сегодня у нас получается, где-то достаточно много кустарным способом делают, техника некачественная, особенно та, которая обрабатывает землю. И даже сейчас мне приходится и судиться со многими поставщиками, которые с нарушением ТУ, с нарушением всех норм практически поставляют эту технику сельхозпроизводителю, который не во всех случаях бывает опытный, приобретает эту технику, через определенный период времени приходится отказываться.
    Ну и, конечно, инфраструктура, 5 млрд. рублей для строительства сельских дорого, конечно, это недостаточно, и здесь надо каким-то образом думать, чтобы увеличить сумму для капитального строительства и соответствующего ремонта сельских дорог.
    И, конечно, если вот эти механизированные технологические компании взять тоже под свое крыло, тогда от этих структур мы обеспечим всю технику ГЛОНАССом, то есть контроль стопроцентный нахождения техники. Объем обработки, расход топлива, все будет фиксироваться. И я думаю, что два этих субъекта, которые согласились, я думаю, что через год мы уже можем проинформировать, какие результаты были достигнуты. Не секрет, что для сельхозпроизводителя, особенно мелкого, приобрести тот объем техники, который необходим, это от 27 до 36 млн. рублей. Это не каждому по плечу. С учетом этого, я считаю, комбайн, он где-то стоит порядка 7 млн. Он всего работает у мелкого сельхозпроизводителя 200 моточасов, все остальное он простаивает. Значит он уже принимает меры для его сохранности. Он опять ночью не спит, ходит с двустволкой, закатывает пленкой. И здесь, конечно, вот эти МТК, которые могли бы предоставлять услуги, и почему мы делаем под эгидой руководителей субъектов, чтобы контроль был за тарифами, которые будут предоставлять эти услуги через МТК. Тогда мы снимем финансовые нагрузки с сельхозпроизводителей, которые сегодня действительно даже в каких-то случаях в кабальных условиях, особенно если это касается растениеводства, когда нужно кормоуборочные комбайны, это действительно уже сложно. Спасибо большое.
    Яровая И.А. Вы знаете, у нас сегодня участвует в заседании Геннадий Васильевич Кулик. Я думаю, что это уникальный специалист вообще в сельском хозяйстве. Вот вы упомянули, как было раньше. Я могу сказать, что если использовать градирование, которое было раньше среди молодежи – октябрята, пионеры, комсомольцы, то по сравнению с Геннадием Васильевичем мы, наверное, еще только в лучшем случае октябрят. Поэтому, Геннадий Васильевич, вам слово.
    Кулик Г.В. Я плохо знаю возможности клуба, но, думаю, что мы правильно начали именно с этой ячейки вырабатывать подходы партийные к очень сложным проблемам. Я все-таки бы приземлил рассмотрение вопроса и разделил его на две части. Первая часть связана с тем, что нам надо сделать для того, чтобы укрепить и по возможности расширить фермерские крестьянские хозяйства. Это один проект, там могут быть и общие вопросы со вторым, когда я буду говорить, но все-таки там есть свои специальные вопросы, которые должны быть рассмотрены, и законодательно решены, и организационно решены.
    Вторая тема, я бы ее обозвал как обжитость, населенность российской территории. Вы помните, было сбережение человека, оно потом переросло в целую программу государственную и отданы огромные деньги. К сожалению, нам надо, хотим мы это или не хотим, активнее Столыпина, который пытался заселить Россию, и этим самым укрепить экономику, обороноспособность, поднять рождаемость и прочее, к этой теме надо возвращаться, поскольку, я прямо скажу, что заброшенность земель, да и заброшенность многих регионов связаны с тем, что там не осталось вообще дееспособных людей. Я бы начал с этого проекта.
    Мне кажется, первое, что надо нам сделать, если бы это поддержала партия, так как мы можем получить 315 голосов, и очень решительно, нам надо изменить ситуацию в нашем государстве по отношению к самому главному богатству страны – к земле. Мы все плачем, и я тоже, и сейчас могу плакать, что слезы затопят эту комнату, что у нас то не поставлено, то не стоит на учете. Я задаю сам себе простой вопрос. Действовали те же законы на территории России и Московской области пять-шесть лет тому назад. Сегодня в Москве более 500 тыс. гектар земли оформлены в частное пользование. Причем для меня было большим открытием, я благодарен этому журналу, «Фома» что ли он называется, который описал самых крупных землевладельцев, которые распоряжаются по 25-27 тыс. гектар подмосковной земли, поставленные на учет и имеющие хозяина в лице, допустим, Иванова Ивана Ивановича. Что не хватало нам? Нам не хватало умения и организационной работы. Можно это сделать через те сельскохозяйственные организации, которые сегодня как бы эту землю законно или незаконно, но используют. Многие подписали эффективные соглашения, собственники паев, передали, вроде, в аренду, многие просто захватили и по факту платят налоги, как используют эту землю, кстати говоря, правильно делают. Я считаю принципиальнейшим вопросом для России сегодня возложить ответственность за оформление, постановку на учет самого главного богатства страны – земли, на органы муниципальной власти и региональной власти. Отсюда надо внести поправки в 131-ый, 132-ой закон, где записать одну из главных функций этих органов – решение этой проблемы. Объясню, почему.
    По нашему закону собственники вот этих самых долей сами должны решать все вопросы. Средний возраст сегодняшнего собственника зашкаливает за 75 лет. Начать эту работу надо с того, чтобы эти собственники собрались, как мы сейчас с вами, и приняли целый ряд принципиальных решений. Например, собралось нас 100 человек. Мы что, свою землю отдаем в аренду сельскохозяйственной организации или вносим ее в уставной капитал этой сельскохозяйственной организации и становимся собственниками новой организации, свою долю там будем иметь и т.д.? Или мы кто-то желаем выделиться и создать свое хозяйство? Сколько таких? Так вот первое, надо сегодня начинать организационную работу, чтобы собрать это собрание. Могут они сами собраться? Нет. Что делали те люди, которые, как я сказал, оформили по 25 тыс. гектар? Они брали собственника, скажем, Кулика Геннадия Васильевича, бывшего бригадира, знает который всех, и говорят: «Геннадий Васильевич, за каждую бумажку, которую ты соберешь, вот этот пай, мы тебе платим 10 тысяч. Тебе что, легковую машину надо? Вот тебе легковая машина! Ты с этих 10 тысяч пока отдай авансом Марь Иванне 3 тысячи, чтобы она отдала бумажку и дальше слушалась тебя, а остальное, мы сейчас с ней разберемся, мы соберем их и скажем, сколько мы им заплатим». Все! Автобус пришел, всех привезли, посадили. По нашему закону если больше пяти человек собралось, уже можно принимать решение, а если 30% собралось, вообще можно разделиться. Все, провели собрание, приняли решение, протокол этого собрания подписали, номер паспорта, поставили пальчик, отдали и получили землю, отмежевали и получили. Вот что надо сегодня сделать.
    Что государство должно взять на себя? Вот эту организационную работу. Кроме муниципалитета никто их не соберет, никто им не даст помещение, никто им не включит свет, ничего. Они должны отвечать головой за то, чтобы в течение двух-трех лет закончить эту работу в России. Так Германия сделала, специальную службу создала, возложила на эту службу организацию всей работы. Я имею в виду Восточную Германию, она точно так же переходила к частной собственности на землю. То, что у нас было, у них было и государственная, и кооперативная собственность – всякая. Сейчас все устаканили, все поставили на учет, все под оком государства. Вот это принципиальный вопрос. Надо решение партийное, поправку такую сделать, в законе записать, что это подкрепляется средствами определенными. Да, надо не пожалеть, надо специалиста нанять, который знает все это дело, который может привлечь других людей и т.д. То есть технически – это все решаемые вопросы. Люди есть, люди без дела. Еще раз повторяю, в течение трех лет мы можем решить эту проблему. Вот партия себя должна показать, вот с этого надо начать.
    Теперь, нам надо повлиять на партию и, по крайней мере, высказать свою позицию. Зачем мы тащим корову на баню? Вот малый город, закрыли предприятие. Программу придумали: вы можете переехать на Дальний Восток, вам дорогу оплачивают, подъемные дают. А почему ты не можешь поехать в село работать в этом районе? Что мы достигаем, направляя из малого города в другой город? Там свои безработные. Поэтому надо дать ему выбор и сделать более предпочтительные условия, если он пожелает переехать на постоянное место жительства с малого города в село, и пускай там живет и работает, если только подсобным хозяйством будет заниматься. Я почему так болезненно к этому отношусь? Дело в том, что личные подсобные хозяйства, по разным оценкам у нас 17 миллионов граждан занимаются этим делом, включая и садоводов, они производят сегодня 100% меда, который Россия производит, 80% с лишним ягод, 85% картофеля, 80% с лишним овощей, половину мяса и половину молока в стране. Стареют, сокращают производство. Общественному сектору не перекрыть, если мы не будем всячески стимулировать сохранение этой части сельхозтоваропроизводителей и преумножения ее. Объясню почему.
    Мы сегодня выпиваем 230 литров молока. Это архимало, нас догоняет Китай. Большего позора не пережить российскому крестьянину, если китайцы будут пить столько молока, сколько пьет Россия. У нас по программе национальной безопасности 380 литров. Ну – мечта! Я ставлю более спокойную задачу – 280 литров молока потреблять. Если этот прирост обеспечат нам крупные хозяйства, сельскохозяйственные организации, и на 7 млн. нам надо сократить импорт молока, нам надо на 2 млн. голов увеличить поголовье скота. Посильно это организациям крупным? Нет, не посильно. То есть нам придется, так или иначе, задействовать в решении этой задачи и малое производство, и малые формы организации. Поэтому считаю, что наряду с тем, чтобы так поменять политику, чтобы везде писали… Вот правильно вы говорите – переучеба безработных. У нас 5 миллионов считается, вроде, нормальный уровень безработицы. Но это же колоссальное количество людей. Мы сейчас говорим: мы достигли докризисного уровня по безработице – 5 миллионов 200 тысяч. Это которые зарегистрированы. Мы программу имеем изменить ему профессию. Очень хорошо. Ну а почему нет этой программы, которая предлагает ему поехать туда? Почему к этим деньгам, что мы тратим на выплату ему пособий по безработице, изменения ему профессии, не добавить какие-то средства, чтобы ему было интересно поехать туда?
    Наконец, у нас сокращается армия, уходят оттуда здоровые люди 50-55 лет, в расцвете сил. Мы говорим: надо жилье построить! И показываем каждому 18-этажные дома. Это что, правильно? А почему никто ни разу не показал, а вот, построили еще поселок, где можно заниматься и жить на селе. Вот дом, который строят. Он доплачивает 30%, получает 100 квадратных метров. То есть я хочу сказать, тема, которую вы подняли, она общенациональная, она требует пересмотра и уточнения нашей политики по многим составляющим. Наша задача с вами подготовить вот эти составляющие, где нам надо внести коррективы в нашу социальную политику для того, чтобы мы действительно стимулировали всячески переселение людей в сельское хозяйство.
    Теперь о сути земельного вопроса. Считаю, что мы должны, приняв решение, партии сказать. Вот у вас, условно говоря, населения 1 миллион, безработных вот столько-то за последние годы составляет. Мы ставим задачу себе, что процентам 30-ти предложить переехать в село. Значит надо сделать так, как сделала Белгородская область, потому что в это сегодня технически упирается очень многое. Они сделали очень просто. Они у муниципалитета взяли землю, а у них такая возможность есть, и есть земли у муниципалитета, и на этих землях подготовили место, где могут садиться фермерские хозяйства и где могут садиться хозяйства подворья. Подвели туда обязательно дорогу, электричество, и документы оформленные. Этот пакет стоит 30 тысяч. Вы приезжаете, вытаскиваете бумажку, вам говорят: ваш номер 15-ый, 15-ый участок – можете дальше строить. Хотите нанять строительную организацию – есть, хотите сами строить – стройте. Никаких мытарств нет. Вот так должно быть поставлено дело в каждом регионе, и это посильно, если все взять в кулак и заставить по-настоящему делом заниматься, а не болтовней, не рассказывать, как плохо, а рассказывать, как надо сделать, чтобы было хорошо, и сделать это. Мы эту тему можем решить.
    Почему я так говорю? Что получается? Вот он приехал, построился, фермер. Ему не могут дать почтовый адрес, его не могут поставить на учет, ему не могут дать налоговую… Почему? По нашему закону правильно написано, что вы должны к какому-то поселению относиться. То есть если вы построились на землях поселения, хоть там осталось два дома и еще от царя Иван Иваныча сохранилось, что это Тякино, вам скажут: вы из деревни Тякино такого-то района. А если вы взяли участок в чистом поле, как вот предлагают, построили дом отдельно, построили ферму – вы кто, где живете, какой гражданин? Вот мелочь. Оказывается, какой выход может быть. Собрать таких пять, десять семей в кучу, разместить так, это все должны приготовить в регионе, иначе мы опять поставим людей в очень тяжелое положение. Тогда он становится поселком Стрела или каким-то, надо определенное количество жителей, пять или семь семей достаточно, чтобы зарегистрироваться как поселок, как населенный пункт. Получаете адрес, получаете в паспорте прописку, получаете все остальное. Мелочи, но они потом оборачиваются очень сложно для семьи. Так вот это всё задача сидящих здесь за столом выявить, вот эти все поправки уточнить и в законе поправить.
    А что касается, еще раз повторяю, самой программы, ну подумайте, население России, я не знаю, посмотрите, можно вернуться к тому, как называлось это в то время, когда Столыпин этим занимался и т.д.
    Теперь, что касается фермеров. Мне кажется, что здесь, я не знаю, Володя сейчас выступал, но надо тоже и твоему объединению фермерскому разобраться. Вот 285 тысяч фермеров, то, что по переписи. Из этих 285 тысяч хозяйств больше 20 тысяч имеют площадь меньше 10 гектар. Ну какие это фермеры? Причем многие под видом фермеров занимаются совсем не сельскохозяйственным производством. Мы должны друг другу всю правду говорить.
    Плотников В.Н. 50 тысяч ни одного гектара не имеют.
    Кулик Г.В. Ты меня укрепил. Я уж не стал это говорить, потому что считаю, что это позор. Но мы с тобой произносим, но ничего не сделали, чтобы… давай действительно скажем, снять с них тогда этот образ. Какое же крестьянско-фермерское хозяйство, если не имеют земли?..
    Следующее. Я хотел бы, чтобы когда мы будем готовить об органе, который отвечает за постановку на учет земли, все-таки мы в муниципалитетах ввели какую-то временно, пусть это будет на пять лет, на шесть лет, группу специалистов, где он пришел и подал заявление, что он хочет увеличить площадь, указав где и с каких земель он хочет себе прирезать, чтобы было зарегистрировано это, стояла дата, когда он с этим вопросом обратился. Потому что когда мы сейчас говорим, вот, эти бюрократы, они такие-сякие, а они такие, потому что по-другому и не поставишь дело-то, и мы с вами сядем – будем бюрократами. Но самое главное, где документы, которые подтверждают, что он обращался? Это разговоры, вот ты придешь на съезд: «А-а-а-а-а-а-а-а-а!». Покричали, попели, уехали – дело ноль стоит. А вот если бы ты приехал в этот орган? А ну-ка, покажите, кто к вам обращался, в этот орган наделения землей?
    Остарков Н.А. Должен быть соответствующий реестр обращений по этому вопросу.
    Кулик Г.В. Совершенно верно.
    Остарков Н.А. Публично причем.
    Кулик Г.В. Ладно уж публично, у нас все стало публичным, даже личная жизнь иногда. Бог с ней, публична она будет или скрыта, но важно, чтобы любой нормальный человек, который этим занимается, мог приехать и посмотреть, что он делал у вас, что случилось, почему вы не решаете эти вопросы? Вот когда мы норматив, чтобы он подготовил эти участки, как я сказал – вот тут легко будет проверять. Ну-ка нашего партийца областного… Сколько вы подготовили в Ижевске? Два участка. А что, у вас земли не хватает? Приехали из Москвы, украли лучшую землю под аэропортом, за городом, там прекрасные леса, хорошее место, ровное. Они оформили, а местные оформить в одном массиве 10-12 усадеб для того, чтобы пригласить туда фермеров, не могут.
    Все есть в газетах! Вы только на меня не обижайтесь, мы привыкли по-другому в то время работать, понимаете? Вот «Единая Россия», откройте газету, все есть: куда надо обратиться по сердцу, какой размер бюста – все абсолютно есть! А где хоть одно объявление, что, скажем, в Пермской губернии в таком-то и таком-то районах приглашают фермерские хозяйства, средний размер земли 200 га, есть дорога, есть электричество, цена такая-то?
    В этом смысле законодательно мы решили вопрос мы сегодня дали право по кадастровой цене устанавливать цену на землю. Причем сделали возможность, что муниципалитет может обнулить. Скажем, кадастровая цена 28 тысяч, мы дали право муниципалитету поставить тысячу и по тысяче рублей продавать эту землю для сельскохозяйственного производства, для фермеров, для крестьянских хозяйств. Есть законодательство, сейчас можно многое решить, если (еще раз повторяю) мы сломаем сложившуюся ситуацию. Еще раз говорю, ответственным за это дело должен быть муниципалитет! Регион должен готовить эти вещи для того, чтобы предложить людям, а дальше, я думаю, пойдет плавно, и мы увидим, сколько желающих по-настоящему поехать туда.
    Нам задают вопрос. Да, мы дадим льготы. Но надо дать льготы и военным, и тем, кто желает… Это все решаемо, дополнительных денег немного надо на это. Скажем, получил эту землю дешевле, построил, и говорят, что продаст все это дело в десять раз дороже. Это уже прошли в мире, и противоядие есть. Установлен разный срок, где 10 лет, где 7 лет. Вы построились, после этого прожили 7 лет, можете продавать. Если продаете раньше, разницу всю заплатите и верните то, что вы получили в качестве поддержки из бюджета. Всё, нет вопросов! Так что в этом смысле мы научились, как заслоны ставить.
    Вот если поддерживаете это, я бы разделил проект на две части (еще раз говорю): фермер и заселение, подготовил бы предложения, в какие законы и какие поправки надо внести. И дальше условия, на которых мы бы предложили применительно к военным, которые действуют, применительно к тем условиям, которые у нас по программе «Социальное развитие сельского хозяйства», предложили условия для того, чтобы максимально заинтересовать людей туда переезжать.
    Самое последнее. Поймите, я болею за село, это само собой… Бюджету человек, который проживает в городе, обходится в 14 раз дороже, чем человек, который проживает на селе. Это мы пока молчим, не можем сказать селянам, как мы делим налоги, которые платят все. И это понятно почему: транспорт дотируется, улицы дотируются, то дотируется за счет бюджета городского. А в селе у тебя твоя лопата, твои вилы и грабли и твой труд. Поэтому в смысле экономики это предложение не обременительно для бюджета. Я извиняюсь, что так долго.
    Яровая И.А. Спасибо большое. Я думаю, что все коллеги сразу наверняка, поскольку предложения все были очень конкретные… Я представляю Дальний Восток. Ведь абсолютны мы правы, когда говорим: ведь сегодня дальневосточникам предлагают куда ехать? Опять же в большие города, где им трудно себя найти, где трудно обустроить семью. Ведь это тех же денег, не больше бы стоило, если не меньше, если предлагать ехать строить свои дома. И вопрос эффективности деятельности губернатора. У нас сегодня есть критерии оценки эффективности деятельности. Я думаю, что совершенно спокойно можно этот перечень расширить и как раз внести туда дополнительные критерии по тем вопросам, о которых вы говорили – электронные услуги. Я сейчас специально задала вопрос Владимиру Николаевичу: а если вообще единый информационный ресурс какой-то, где можно было бы получить информацию, куда бы органы исполнительной власти, МСУ обязаны были размещать, где, в каком регионе есть земля, приезжайте, живите и работайте, такого информационного ресурса общего нет. В регионах некоторых есть. Но в чем прав Геннадий Васильевич, это нужно возложить как прямую обязанность, чтобы эта работа велась, иначе это не сдвинуть с мертвой точки.
    Но у нас присутствует здесь представитель от науки – Ефимов Виктор Алексеевич. Что у нас думает наука по этому поводу?
    Ефимов В.А. Я ректор Санкт-Петербургского государственного аграрного университета. Мы занимаемся этими проблемами и делали такую научную работу в прошлом году, связанную с проблемами поселений ХХI века (условно говоря). На мой взгляд, Геннадий Васильевич затронул как раз очень важную проблему. Я считаю, что нужно начать «Единой России», это было бы правильно, с формирования новой расселенческой доктрины. С чем это связано? Очень точная формулировка вопроса: «Земельный ресурс и как создать эффективного хозяина?» Вот хотелось бы еще разочек взглянуть: а что же такое земельный ресурс наш в России? Я приведу несколько цифр. В России у нас с вами 1,71 млрд. га земли. Если вы поделите на количество проживающих, получите около 12 га земли на человека (если точно 11,6 га), включая младенцев. Имеем ли мы с вами право при этом заселяться в 28 этажей в двух городах: Москве, Санкт-Петербурге и еще кое-где? Это просто преступно для будущего нашей страны. Почему? Потому что все империи Земного шара гибли всегда по одному и тому же сценарию: как только место проживания стягивалось, как Шагреневая кожа, до узкого пространства, там создается мутагенная среда, где человек перестает быть человеком. Человек так же, как и любой биовид способен к воспроизводству только в среде, для которой он создан. Как только он связь теряет с природными биополями, так он начинает мутировать, и этот мутагенный аппарат в 15 раз мощнее, чем у мушки дрозофилы. Есть исследования, которые показывают, через сколько поколений деградирует мушка дрозофила. Мы просто с вами не замечаем, но в третьем-четвертом поколении перестает существовать человек, если у него нет подпитки из природных полей. Почему в городах тем не менее сохранялось население? Только потому, что они подпитывались деревенской генетикой. Приезжали ребята и девушки из деревень, вступали в смешанные браки. При половом размножении происходит что? Ребенок перебирает все геномы и выбирает только то, что посильнее. Два-три поколения, и человек как биовид исчезает, если он живет в техногенных полях.
    Поэтому в действительности вопрос стоит даже не столько о проблеме продовольственной безопасности, хотя она приоритетна по отношению к военной, вопрос просто о принципиальном сохранении нашей государственности. У нас с вами из 1,71 млрд. га земли на сегодня только 1,1% территории занято под объектами жилья и 1% под объектами промышленности и транспорта, 98% – ничего нет, кроме земли. Поэтому когда мы говорим о хозяине, то невозможно там иметь иного хозяина, кроме аграрного, потому что земля является средством производства для аграрника и для леса. А для того чтобы сохранить там какое-то населения, нужно иметь рабочие места, иные рабочие места на два порядка дороже. Поэтому стратегический хозяин земельного ресурса России может идти только через аграрный сектор.
    Я приведу такую цифру. В Северо-Западной федеральном округе, если по алфавиту переписать все населенные пункты, то 50,2% относятся к разряду вымирающих, то есть численность населения менее 10 человек, там доживают бабушки, невозможно иметь садик, магазин, школу и т.д. В среднем по стране эта цифра 38,2% вымирающих населенных пунктов, и это и есть основная проблема России.
    Для примера приведу историю с Соединенными Штатами. Они это дело поняли в 60-е годы еще, и потом разрабатывали доктрину специальную переселения жителей из городов в сельскую местность. Эта расселенческая доктрина Соединенных Штатов позволила в течение 20 лет физически переселить 7 млн. человек из городов в сельскую местность.
    И вот то, что говорил Геннадий Васильевич, настолько очевидно и настолько необходимо – создавать поселения иного типа, поселения, где человек может воспроизводится как биовид, а это значит: 1) связь с природой прямая (биополя); 2) наличие в одном месте рабочих мест, мест проживания и мест отдыха.
    У нас такие концепции разработаны. Как пример, мы делаем одно хозяйство «Петровское». Как это делается? Вначале рассчитывается природно-ресурсный потенциал местности, считается, сколько там можно создать рабочих мест и по какому направлению – рыборазведение, парнички, молочное животноводство и т.д. Только после того, как рассчитали, какое количество рабочих мест, только после этого начинает строиться жилье. И человек получает жилье от собственника с обязательством работать и выполнять то, что разработано единой управляющей компанией. Управляющая компания берет на себя проблемы сбыта и все остальное. Если он работает, то продукты его труда выступают как зачет по жилью, которое он получил.
    И то, что мы сегодня офицеров расселяем в Питере вокруг города, ужасно. Так же ужасно, как идет у нас проект в Колпино. Это сотни и сотни одноэтажных домов. Как бы вот новое слово в домостроении. 2500 домов в одном месте! Представляете? И это все застраивается. Деньги-то есть, оказывается? Смотрите, сколько строится. У каждого по четыре сотки, вроде бы красиво, а куда на работу едут? В Питер, в центр все. Мы теряем страну, у нас останется в конечном счете «московское княжество», «вольный город Санкт-Петербург», но страны не будет, то есть мы теряем страну.
    Последнее, что я бы хотел сказать: нужна доктрина научно обоснованная, которая покажет, что то, что мы сейчас делаем – преступление.
    И я хотел бы… Я как-то выступал в Москве с публичной лекцией в Институте социально-экономических проблем. Я это показывал убедительно, и хотел бы, чтобы «Единая Россия» тоже донесла до Собянина. То, что мы сейчас делаем в Москве – нет никакого света в конце этого тоннеля. Есть такое понятие «проклятье инфраструктур». Что оно означает? Чем больше вы будете бороться с пробками, тем больше будет усугубляться ситуация с пробками. Это просто закон, это совершенно очевидно. Почему? Потому что, если вы хотите начать борьбу с пробками, то вам нужно строить мосты тоннели. А кто будет строить? Опять вы будете завозить оставшуюся рабочую силу из окрестных земель России, из-за границы, они через два года подкупят себе задрипанный «жигуль» и увеличат ваши пробки. Единственный выход из техногенного тупика, в который на сегодня ведут и Москву, и Питер… Эти города погибнут, этот города погибели, здесь невозможно будет жить в ближайшее время. Вы просто посмотрите тенденцию, что было в Москве десять лет назад, что пять лет назад и что сейчас. Попробуйте экстраполировать, все будет очевидно.
    Так вот то, о чем я говорю – создание поселений нового типа, связанных с природой это задача Москвы прежде всего: создать образ жизни более интересный, чем в Москве, чем в этой гари и пробках. И когда люди из Москвы поедут туда, вот тогда возникает перспектива выхода из пробок. Но чем больше мы будем бороться с пробками, не меняя расселенческой доктрины, тем больше будет усугубляться ситуация с пробками. Ко мне в Питер москвичи уже просились, стояли в очередь, жили этим летом семьями, потому что жить в Москве просто физически было невозможно, как вы знаете. Это нам как бы свыше подсказывают, что, ребята, вы просто не туда идете. Случайности, как вы знаете, тоже все неслучайны.
    Поэтому здесь бы хотелось, чтобы как-то у нас государством такие элементарные вещи были поняты.
    Сейчас мы говорили очень много о том: а как бы нам оформить земли? Это архиважный вопрос, и я считаю, что да, здесь должен быть принцип «одного окна», чтобы та же самая бабушка, если принципиально все понятно, что это ее земля, но она должна написать заявление, если она грамотная, поставить крестик, отдать его и забыть. Не оформили? Срок установлен, через два года она становится автоматически собственником, если никто по этому поводу не возражает. Здесь какой-то механизм должен быть такой, который не связан с инициативой самих людей, это задача государства.
    И все-таки я хотел бы коснуться еще одной проблемы. Ладно, мы закрепили землю, а дальше-то что? У нас на сегодня нет глобального стратегического понимания, что за всю историю существования нашей государственности наш аграрно-промышленный комплекс вошел в принципиально иную фазу своего существования. С чем это связано? Это связано с нашим схождением в транснациональный рынок продовольствия. Вот ко мне приезжали недавно, они 18 хозяйств на Псковщине купили, очень крупный холдинг атомный. Они уже пять лет туда вливают, сразу 1,5 миллиарда, потом по 100 миллионов в год. Но они говорят: мы конца-то не видим, у нас по-прежнему все неприбыльное! Я им пояснил, как это все происходит. Вот у меня есть такая простенькая картиночка из пяти квадратиков. В чем здесь проблема? Мы вошли в транснациональный рынок продовольствия. Никогда в истории государства нашего этого не было. Что у нас было? Вот мы производим продукцию, и у нас локальный рынок, сами все и съели, кроме апельсинов и бананов, 99% то, что сами вырастили. Нам абсолютно было без разницы, кто и как поддерживает голландского, финского или американского фермера, потому что у нас рынок. Сейчас доходы нашего фермера, голландского, американского абсолютно одинаковые, потому что наша продукция лежит рядом с голландской на рынке. А расходы? Расходы идут: топливо, энергоносители, удобрения, машины и т.д. и кредитно-финансовая система, ссудный процент. Посмотрим расходы. А расходы совершенно непропорциональные! А где же наш Антимонопольный комитет? Все наши конкуренты производят продукцию в абсолютно неэквивалентных конкурентных условиях. Эта продукция должна быть или запрещена к ввозу, или надо выровнять просто конкурентные условия нашего крестьянина. Даже близко у нас нет ничего! Вы посмотрите, как только финансовый кризис, все страны мира без исключения, что сделали? Ссудный процент сделали равным нулю. По отношению к сельскому хозяйству работает рычаг мультипликатора, то есть прокредитовались сырьевики, прокредитовались промышленники, заложили процент кредитный в себестоимость продукции, потом крестьянин прокредитовался, и все это многократно увеличивает себестоимость нашего производства. Мы не замечаем этих макроэкономических условий, и пока мы на них не обратим внимания, у нас ничего не получится. Потому что вы вдумайтесь только, что значит повышать тарифы на энергоносители каждый раз на 15-25%? Вы просто не поленитесь, сядьте с арифмометром и просчитайте на 10 лет вперед, это же геометрическая прогрессия! Если бы увеличивали на три копейки или на 3 рубля, это одно, но как только вы включаете процентную экономику, по процентной экономике развивается раковая опухоль всегда. В чем проблема кризиса у нас? Потому что доходы и аппетиты сырьевиков и банковского сектора начинают расти по экспоненте, и когда они становятся такими, что невозможно, ребята, столько произвести, наступает кризис. Мы говорим, что кризис случайно, да не случайно, просто эта кривая вышла уже на вертикальную прямую. Посчитайте, у вас был 1 рубль, на следующий год 1 рубль 25 копеек, потом 25%, но не от рубля, а от 1 рубля 25 копеек, то есть элементарная геометрическая прогрессия. И поэтому эта экономическая модель недееспособна в принципе, теоретически, то есть здесь не надо даже рассчитывать, через 10 лет, это все грохнется. Просто посчитайте, если вы будете по 25% увеличивать ежегодно, у вас через 10 лет в 10 раз возрастают цены. А покупательная способность населения не позволяет так же по экспоненте расти продуктам. Образуются межотраслевые разрывы, которые губят сектор реального производства.
    Может быть, я очень широко, но проблема сельского хозяйства – это проблема геостратегического будущего нашего государственности. И вопрос быть или не быть России решается не с помощью танков, пушек и самолетов, он решается исключительно через аграрный сектор. Можно зачистить территорию военным способом, но тогда в лесу останутся партизаны. Можно сделать так, что работа на земле будет не выгодной по отношению к другим отраслям, и тогда происходит зачистка 100-процентная, когда не останется даже партизан. Вот этот метод зачистки территории от населения гораздо более эффективен, чем военный метод. Он сейчас применяется по отношению к нашей стране, а мы, не понимая этих макроэкономических проблем, считаем, что просто у нас где-то ошибки, немножко нужно подправить. Нужно менять систему.
    Яровая И.А. Спасибо. Владимир Николаевич, я предлагаю вам пригласить Виктора Алексеевича на съезд и дать возможность выступить. На мой взгляд, все понятно, просто, убедительно и очень аргументировано.
    Коллеги, у нас несколько выступлений. Василий Иванович заявлялся, Надежда Сергеевна Максимова и Виталий Борисович Еремеев – некоммерческое партнерство «ДетСтрой». Давайте так и пойдем.
    Остарков Н.А. А можно еще от «Деловой России»?
    Яровая И.А. Конечно. Я просто для того, чтобы мы соблюдали регламент, и тогда у всех будет возможность выступить.
    Пожалуйста.
    Захарьящев В.И. Всем очень интересно выслушать выступления, особенно последнее выступление, да и предыдущие тоже, они каждому из нас дали информационный повод задуматься, потому что предстоящие выборы будут определять власть в России. И как мы, правящая партия, удержим эту власть или нет?
    Мы сегодня с Ириной Анатольевной говорили на съезде сторонников, что искры с Ближнего Востока летят и на Россию. Мы можем не удержать «кастрюльный бунт», если поднимутся цены на продовольствие, а они носят буквально страшный характер. Я не верю газетам, потому что надо просто ходить в магазины и там смотреть цены на продукты. Бутылка подсолнечного масла 1 декабря в Петербурге стоила 62 рубля, а сегодня она стоит 112 рублей. А в газете пишут, что подсолнечное масло подорожало на 8%. Гречка сегодня в Ленинграде 129 рублей и т.д. У нас в Думе каша пшенная стоила 20 рублей, а сегодня утром она стоила 43 рубля.
    Я вспоминаю, когда случились военные события в Грузии, на второй день страны НАТО вынесли вердикт: прекратить экспорт продовольствия в Россию. Мы на второй бы день сдались, честное слово, это не громкие фразы, а мы просто должны задуматься, на второй день мы бы потерпели поражение. Все в стране сегодня стесняются…. Называют миллиарды, сколько закупаем, но боятся сказать цифру. Мы уже с Геннадием Васильевичем в Министерстве сельского хозяйства, с Владимиром Николаевичем… Тысячу раз эта цифра оговорена – 65% ввозится в страну потребляемого продовольствия. Это страшные показатели! Сегодня уже сказали, что геополически продовольственная безопасность важнее, чем военная безопасность. И здесь есть спасательный пояс. Валентин Петрович и Владимир Николаевич уже говорили теплые слова о подсобном личном хозяйстве. Владимир Владимирович Путин несколько раз подчеркивал и Геннадий Васильевич сегодня приводил цифры, что 62% всей продукции сельского хозяйства производится в личных подсобных хозяйствах фермеров и садоводов. А когда мы в Думе принимаем бюджет, горло затыкают, не дают даже сказать! Да вы что, Кудрин убьет меня, если я скажу, что надо выделить в бюджете, запланировать строчку на личные подсобные хозяйства и садоводство, помогать им строить дороги, на электроэнергию – то, что делают американцы. 70 миллиардов выделяют ежегодно, это при американском-то образе жизни, на поддержку сельских поселений. А у нас садоводам электроэнергия обходится сегодня в 6 рублей, в то время как всем остальным в 3 рубля. Почему? Потому что на балансе провода, трансформаторы. После урагана, снесли опоры… Отказался министр, сказал, что давайте деньги платите, 200 тысяч за подключение! Потому что это все стоит на балансе у пенсионеров. Это будет вечная ошибка! Но самое страшное, что мы еще обложили налогом 68% владельцев садовых участков, а это 21 млн. человек, платят земельный налог. Он за последние два года вырос в 10 раз! Почему? Потому что товарищ Козак заложил бомбу в 131-м законе, вообще позабыли об этих поселениях! Как можно забыть? Например, под Ленинградом мы с Владимиром Николаевичем Плотниковым ездим, и Валерий Львович Назаров тоже член Партии садоводов, мы ездим по садоводствам Мшинска, там 100 тысяч проживает. Там просто не выбраться, если летом придешь, то заблудишься в нем. И в нем 68% пенсионеров, которые платят миллионы налога местному муниципальному образованию, которое насчитывает ровно 250 человек. Но оно не имеет права ни одной копейки вложить в это садоводство. Зато глава муниципального образования ездит на «Лексусе», да еще с охраной, да еще приходит к садоводам, стучит и штрафами их облагает за мусор и за все прочее. А там две-три бабушки сидят, там ветераны. Дорогие, что мы делаем? Пошел за шерстью, а его постригли! Так и мы. А с трибуны говорим: давайте развивать садоводство.
    Ученые… Я честно могу признаться, я к Виктору Алексеевичу каждый месяц приезжаю, а не только 1 сентября поздравляю. Я приезжаю к нему, я согласовываю с наукой каждое свое выступление. Виктор Алексеевич, как вы считаете? И про сельские поселения, и про садоводов. И сегодня он, и Институт экономики наш, который заканчивал товарищ Кудрин и вся эта команда младореформаторов, в котором двойки им поставили, они посчитали, что рубль, вложенный в садоводство дает 20 рублей прибыли. Давайте сейчас в магазин зайдем: перчатки для садоводов импортные, мышеловки китайские, удобрения, семена голландские, польские, но не наши. Что ж мы делаем? Этот Христенко окончательно подорвал все устои местного производства, о чем Виктор Алексеевич говорил, когда у нас были артели инвалидов, местные артели… Разогнали, уничтожили подсобные цеха и местную промышленность. Это смешно, у нас 21 миллион владельцев земельных участков и на 90% все импортное. Напильник! Чубайс бегал с ржавым напильником с напылением и показывал, и академика Пассова(?) показывал, что он лазер изобрел. Ну что делает паразит! Этот напильник с напылением уже нам поперек горла стоит. Да мы уже сто лет назад знали, что если обработать напильник, он будет лучше точить. Вот нанотехнологии! А сегодня вы зайдете в магазин, ножовка немецкая, гвоздь бельгийский. Товарищи, куда же мы подошли?
    А что такое здоровье? Половина детей России отдыхает летом в садоводствах. Что вы думаете Голикова? Есть программа наша партийная. Где наше влияние партийное? Ни одного слова она не написала в программе, что это мы, что там есть садоводы и что дети отдыхали. Что она, без мозгов, простите (здесь узкий круг политический, партийный, я образно говорю)? Значит, мы ей не подсказали, выхолит? Мы ее не дергали, не приняли в партию! Давайте ее в партию примем, как Волочкову тогда. Ну так же нельзя работать? Мы сегодня не имеем ни одного медицинского пункта. 98 тыс. поселений в России садоводств насчитывается, ни одного населенного пункта, ни одного отделения почтовой связи! А мы говорим: современная технология! Вот Лиана Витальевна здесь уже за час решила массу вопросов, у нее связь со всей страной. А у нас в садоводствах живут миллионы людей, и не могут пенсию получить, и садоводы старенькие летом корячутся, едут на электричке, чтобы получить пенсию.
    Поэтому я считаю то, что говорил в начале Валентин Петрович, что не мы занимаемся сельским хозяйством, аграрный сектор нашей Думы… Потому что я посчитал, семь министерств занимается сельским хозяйством, земля находится у семи, вот она и пословица: у семи нянек дитя без глаза. Минсельхоз (ничего не может сделать с землей), Минэкономразвития, Росреестр (все в его руках), Кадастровая палата – он может что-нибудь сделать? Практически ничего, он тоже фиксирует только. Министерство регионального развития (Виктор Федорович Басаргин). Что придумал? Мы еле отстояли! Он придумал запретить строить жилые помещения на территории садовых участков. Абсурд! А если завтра война? (Есть такая песня.) Что мы будем делать? Ведь садоводство у нас было как защита от оружия массового уничтожения. Это было секретное постановление. Оно актуально для нас сегодня? Актуально! А если завтра минус 90 будет, коллайдерный всплеск на Солнце, и у нас территорию накроет минусом? Наше же коммунальное хозяйство лопнет на второй день. Куда будем спасаться? У меня в саду есть печка, есть дрова, баня, и в подвале стоят банки с огурцами, картошка, морковка. Я проживу. И бункер есть!
    Назаров В.Л. Адрес скажите! (Оживление в зале.)
    Захарьящев В.И. Я еще сто литров вина яблочного сделал!
    Министерство… Браверман еще появился на фоне, строитель какой-то великий. Министерство природных ресурсов! Нам, садоводству, чтобы пробурить скважину, сегодня надо заплатить 500 тыс. рублей, составить геополитическую карту водных ресурсов. Это идиотизм чистый! Даже я, депутат Госдумы, ничего не могу поделать. Как говорил Райкин: «Стоят насмерть!» Мы можем сделать только нашей партией, только нашим клубом, за что я сегодня благодарю сердечно, что мы смогли услышать самые добрые слова и самые добрые выводы.
    Поэтому, я считаю, мы должны бороться… Объявить все-таки всенародную амнистию перед выборами, идти на это. Надо записать сегодня: всех ветеранов, всех пенсионеров освободить от земельного налога. Это глупость! Грузия, Китай освободили сегодня от земельного налога своих граждан, а мы пенсионеров, которые воевали, которые нам завоевали… А мы последние штаны с ним снимаем, извините за грубое выражение. Значит, освободить! Электроэнергию, дороги передать организациям, которые должны этим заниматься. Ну абсурд! ХХI век, а садоводы с лампами сидят или их отсекают. Ну издеваются над народом! Как мы можем иметь социально-политическое лицо и как мы можем говорить людям? Да меня любое собрание съест живьем, мне нечего сказать в ответ. Я приезжаю, я плачу (в душе, конечно). Я выдерживаю огромный накал страстей. Попробуйте!.. Я был в Казани, был в Воронеже. Бывший министр Гордеев приехал, я у него семь лет был помощником, он говорит: «Меня засосала трясина». А у него люди стоят на улице… Мы приехали с Клинцевичем. Я по телевизору выступил, вечером было не войти в Дом культуры. Тысячи людей пришли в очередь. И мы говорим, Алексей Васильевич, что ж ты делаешь? Он на второй день принял решение: бесплатно автобусы в садоводство, с электроэнергией решил. И говорит: «Спасибо». Вот наградил меня орденом Воронежа за строительство кораблей. Извините, я так образно говорю. То есть выходит, что партия должна вовремя давать сигнал.
    Вот Социально-консервативный клуб. Но не консервативный, а наступательный. Не хочется повторяться; «Сажать, сажать» – все это глупо, а хочется сказать, что вместе идти вперед, вместе решать те вопросы, которые накопились.
    И последнее. В Туле 50 москвичей уехали из Москвы, синие воротнички, они остались без работы в кризис. Ребята с деньгами, они купили паи, купили землю. Вы думаете, тульский губернатор их принял? Нет! До сегодняшнего дня не оформлено. Они говорят: мы хотим еврейский кооператив сделать, кибуцу, мы будем сами коз, кур выращивать, сажать, сеять. Дайте нам возможность, зарегистрируйте. Не регистрируют! Дайте нам возможность, незарегистрированные мы же не можем у Валерия Львовича получить ни кредита, ни чего. До сегодняшнего дня не решили! Вы думаете, депутаты наши молчали там? Нет. Мы там пытались… Два года уже боремся. Вот как к съезду фермеров!.. А мы же подрываем основы сегодня накануне съезда фермеров.
    Я прошу прощения, это не гордыня, Господи прости, но в прошедший четверг Владимир Владимирович Путин дал нам поручение – Российскому аграрному движению, Союзу садоводов – он прямо на президиуме заявил это есть на сайте): «Василий Иванович, я вас прошу, мониторить, мониторить и докладывать мне лично». Министр повернулась, а что мне с ней делать? Но я быстро нашел выход и говорю, что мы с Еленой Борисовной проведем съезд фермеров, и это лучшая лакмусовая бумажка, и мы вам доложим, Владимир Владимирович. То есть он имел в виду мониторить цены на продовольствие, давать отпор сетевым компаниям. Я вам расскажу, в Ленинградской области фермер привез 430 забитых свиней в город, чтобы сдать на рынок. Не приняли, не взяли. Он просил 60 рублей за килограмм. Свинина в Петербурге стоит 280-300 рублей. Ребята, когда это кончится, когда мы положим конец?.. Сколько говорим, чтобы эту цепочку разорвать? То есть нужна потребкооперация, опять нужен наш партийный контроль.
    Я прошу прощения, я благодарю клуб за понимание, но надо нам не оставлять на месте наше решение, а то мы, как вино, бродим, а плод должен созреть. Я считаю, что наша партия должна обратиться к Президенту и сделать реальные шаги. Объявить Год садовода, объявить праздник – Год садовода. До чего мы дошли? Мы День банковского работника объявили в стране, День судебного пристава! Так и хочется сказать, что же вы делаете, какой судебный пристав, мы же ходим без штанов сегодня в России, нам родину надо спасать! А про День садовода уважаемый замминистра Петрик пишет мне: «Василий Иванович, считаю нецелесообразным этот праздник делать». Ну как так можно? Товарищ Петрик, что ты делаешь? Ты же сам замминистра! Мы же хотим тебе помогать, чтобы люди любили сельское хозяйство. Как американцы! Мы все с вами молчим, что Америка производит 430 млн. тонн зерна. Как говорят в детском садике, описаться можно! А мы 60 или 80 миллионов соберем и говорим: мы выходим на мировой рынок. Какой мировой рынок? Нам нужно производить 150 млн. тонн, на одного жителя по тонне. Почему? Чтобы держать сельское хозяйство, мясо, молоко. А мы его экспортируем! Мы завозим сухое молоко, мы детей всех отравили. Англичане доказали, в сухом молоке есть элементы, которые лишают наших девочек в будущем деторождения. Вот джихад, который ведется против России! Нам надо думать об этом.
    Спасибо за внимание. Извините.
    Яровая И.А. Василий Иванович, я не знаю, как вы обошли дорогой все наши войны с сетями. Я просто теперь понимаю, что у меня есть надежный друг, товарищ и соратник. Я согласна с вами, чтобы выросло, нужно сажать, и не только картошку выращивать.
    Захарьящев В.И. Ирина Анатольевна, простите, вы не слышали, генерал Моисеев нас попрекнул. Наши императоры всегда давали уволенным офицерам, солдатам землю, чтобы они делом занимались. И в Библии написано: «Праздность – мать порока». Нас попросили: обратитесь к Президенту, верните это право, всем офицерам, увольняющимся из армии, давать 20 соток земли. А мы уже с вами будем стараться и кредит дать, и Валерий Львович даст плуг наш, а не китайский и т.д. Это и есть спасательный пояс России. Правильно сегодня говорили: садоводы не накормят Россию, это спасательный круг, это бункер, где мы должны пережить… Не дай Бог! Мы всегда должны быть готовы. А что же мы всех загнали в 28-этажные дома, да они первые в случае чего развернутся, как вот Москва задыхалась в гари. Все, спасибо, Ирина Анатольевна.
    Яровая И.А. Василий Иванович, согласна напильники Чубайса нас не спасут. Хоть он и пел об этом на одном из новогодних огоньков, но, я думаю, что безнадежно.
    Пожалуйста, Надежда Сергеевна.
    Максимова Н.С. Уважаемые коллеги, вот Василий Иванович действительно затронул одну из очень болезненных тем – это налогообложение наших налогоплательщиков. Это очень тонкая тема, и наша налоговая система, наверное, должна быть более гибкой и рассматривать в том числе налогообложение по категориям налогоплательщиков, по их платежеспособности. Но мы эти законы постоянно рассматриваем, и можем какие-то предложения в данном случае внести.
    Но я хочу остановиться на той теме, что если мы намереваемся создавать эффективного хозяина земли, то нам параллельно надо создавать и эффективного налогоплательщика. Мы все сегодня говорили о том, какие огромные земельные угодья у нас, участки огромные, а тем не менее земельный налог сегодня, поступающий в местные бюджеты за 2010 год, составляет всего 115,4 млрд. рублей. Это в консолидированных бюджетах субъектов всего 2,57%. И у местных бюджетов, для которых один из основных все же земельный налог, это всего лишь 13%. Во-первых, почему такая низкая собираемость, прежде всего, потому, что у нас еще огромное количество земель, которые еще просто даже не включены в государственный учет. Тут разные цифры называют. У меня одна из цифр 80 млн. га, кто-то называет другие цифры, но тем не менее это огромное количество по отношению к тем объемам, которые включены в государственный учет и подлежат налогообложению. Конечно, это один из резервов, когда нужно, безусловно, обязательно продолжать работать над тем, чтобы закреплять все бесхозяйственные земли, передавать их соответствующему пользователю, и тогда у нас будет прирастать количество и хозяйственников, и количество налогоплательщиков.
    Второй очень важный вопрос. Все, кто занимается землей, знают, что у нас проблема с тем, что у нас до сего времени очень многие земли еще не имеют оценки. И у нас этот реестр, кадастровый учет земель, несмотря на то, что единая служба создана, движется очень медленно, его наполнение и регистрация.
    Министерству экономического развития было дано задание методику кадастровой оценки земли еще раз переработать, пересмотреть. Я знаю, что они на четырех территориях отрабатывали эту методику, это Кемеровская, Калужская, Тверская области и Республика Татарстан. Но пока я не знаю, видели вы окончательный вариант этой методики или нет, я к Валерию Львовичу обращаюсь. Нет, наверное, еще?
    Назаров В.Л. Вы знаете, я считаю, что кадастровая оценка и та методика, которая используется, это массовая оценка. И, как правило, специалисты, которые эту методику разрабатывают, не знают ситуацию в регионах. И то, что сейчас выбрали несколько субъектов, и на этих субъектах будут проводить анализ той же самой методики, даст какой-то результат. Но я пример приведу, в Санкт-Петербурге вопрос земли решался в течение шести месяцев. Мы за четыре месяца провели полную 100-процентную инвентаризацию земли и потом начали ее оформлять. Потому что у нас был срез информации достоверной, практически на бумаге, и сразу переносился в электронном виде. Потратили: 18 миллионов выделил федеральный бюджет и 8 миллионов местный бюджет. То есть получаются у нас небольшие деньги. Но в течение 24 дней мы получили сразу в бюджет 98 миллионов, а через полтора месяца уже зашкалило за 300 миллионов. Это просто желание.
    Максимова Н.С. Вот, пожалуйста, порядок цифр. Это настолько важный вопрос.
    Захарьящев В.И. 112 садоводств, 25 тысяч участков под Петербургом, и Валерий Львович не взял ни с одного ни одной копейки. Что сейчас происходит в стране?..
    Максимова Н.С. Это право муниципального образования и субъекта, они могут эти вопросы решать.
    Назаров В.Л. С муниципальными образованиями надо быть очень осторожными. Если им отдавать все это на откуп, то, я думаю, что через какой-то период времени отдельные руководители муниципальных образований будут покупать западные футбольные клубы.
    Максимова Н.С. Конечно. Поэтому сейчас мы в основном останавливаемся на той позиции, что все-таки права нужно давать субъектам для того, чтобы, во-первых, единые подходы были на территории хотя бы одного субъекта ко всем этим делам и чтобы действительно сдерживать аппетиты наших муниципальных царьков, которые зачастую таковыми становятся.
    Назаров В.Л. Правила федеральные, исполнение субъектовое.
    Плотников В.Н. Мы вас начали перебивать и дополнять, и спрашивать. Знаете, крестьян собери и спроси по налогам, они говорят, что мы готовы платить налогов в три раза больше. Посчитайте только и скажите, сколько за гектар заплатить. Мы будем платить за гектар и все. Там же такая волокита, там же такие проверки, там непонятные счета. Ясность должна быть в налоговой системе – сразу эффективность повысится. Надо чтобы разумная была стоимость и понятная, чтобы люди посчитали.
    Захарьящев В.И. Ну если декларация, присылаемая из налогового органа, садоводу-бабушке на 12 страницах! Оформить декларацию для земельного налога! Это глупость, и ничего не могут сделать.
    Максимова Н.С. Я тоже хотела об этом сказать, что, конечно, должна быть упрощенная система составления декларации для таких налогоплательщиков. Это тоже задача наша, потому что мы тоже может как законодатели на это воздействовать.
    Следующая позиция, на которую мы можем воздействовать как законодатели, это то, что у нас сейчас действительно передается земельный участок кому-то в собственность, там начинается строительство тоже же дачного дома, и в течение длительного времени все незавершенка, все крышу не установил, и все это не подлежит налогообложению. Это тоже в наших силах, Ирина Анатольевна, ввести норму, по которой установить, что после того, как истекает срок нормативного строительства, то тогда предусматривать обложение налогом, и можно даже какую-то норму со штрафами или с повышающим коэффициентом устанавливать.
    В наших силах установить и такую норму. У нас сегодня облагается земельным налогом только собственник земли, но вы знаете неединичные случаи, когда есть пользователи земли, то есть они на ней работают, получают урожай и в аренду сдают под дельтапланы какие-то там, и при этом они не платят земельный налог. Вот это тоже в наших силах внести такую поправку и облагать земельным налогом тех, кто является пользователями и на протяжении какого-то времени ведут там какую-то деятельность.
    Еще раз хочу сказать о налоге на недвижимость. Практически очередная версия Министерством финансов подготовлена. Налог на недвижимость подразумевает, что он включает в себя земельный налог и налог на имущество физических лиц. Первоначальные расчеты, которые мы в начале проводили, Министерство финансов вносило предложение устанавливать его в размере 0,1% и до 1% оценочной стоимости всего комплекса. Там получились суммы, зашкаливающие совершенно за все мыслимые пределы. Сейчас они идут по пути снижения размера ставки. Но эксперты, которые очередную версию смотрели, все-таки предупреждают о том, что есть негативные последствия какие? Первое, проект предполагает, что налог будет рассчитываться из рыночной стоимости недвижимости (земли и того, что на ней стоит). Практически у нас наработок по рыночной стоимости вообще никаких нет. У нас сегодня Федеральная служба регистрации, которая регистрирует сделки по недвижимости, совершенно непрозрачна, она такую информацию никуда не дает. Поэтому определить, а сколько стоит вот эта моя собственность, практически невозможно.
    Яровая И.А. Бабушка получила давно, живет в сталинском доме. Сейчас рыночная стоимость этой квартиры бешеная. И что ей?
    Назаров В.Л. Продавать и находить более маленькую.
    Максимова Н.С. Если в больших городах все равно в каком-то плане есть рынок того же жилья или в Московской области есть рынок и в поселениях, потому что потребность большая в дачных участках и т.д., то в малых городах, в поселениях на других территориях, где такие сделки очень редко совершаются, там даже такого опыта не будет. И каким образом оценивать эту недвижимость, не очень понятно.
    Но есть опасность в том, особенно в Московской, Ленинградской областях, что оценка будет очень завышена, даже по сравнению с рыночной, потому что просто опираться не на что, и люди, которые проживают на этой земле, в этих домах, да еще если размер ставки будет огромным, то они просто будут неплатежеспособны, и вся эта собственность выйдет у нас на рынок.
    Яровая И.А. Но рыночная стоимость меняется, то есть она растет, но она растет независимо от того, как меняется статус и жизнь человека, который проживает в этой недвижимости.
    Максимова Н.С. В законе даже это не прописано, как оценивать эту стоимость?
    Яровая И.А. На момент приобретения?
    Максимова Н.С. Там идет износ, амортизация, даже эти позиции не прописаны.
    То есть, Ирина Анатольевна, уважаемые коллеги, на что обращаю внимание. Закон очень серьезный, он с очень серьезными последствиями. Поэтому, во-первых, нужно просчитать все экономические, финансовые, социальные последствия, безусловно, без этого нельзя работать. Мне кажется, нужно обязательно, чтобы он был отработан как пилотный проект хотя бы на нескольких территориях. Сейчас методика отработается кадастровая, пускай этим будем заниматься. И третье, мне кажется нужно то, к чему призвал Президент, наиболее значимые социальные законы запускать на обсуждение всенародное. Это один из тех законов, который будет касаться каждого, и если четкие, нормальные условия не будут созданы, то мы никогда не получим нормального эффективного хозяина и налогоплательщика, потому что он всегда будет в страхе – приобретать или не приобретать, регистрировать или не регистрировать, платить или не платить.
    Яровая И.А. Мне кажется, это может стать предметом отдельного обсуждения, вообще сам этот законопроект. Он еще не размещен в информационном ресурсе, насколько я понимаю.
    Максимова Н.С. Нет, версия размещена, можно посмотреть.
    Яровая И.А. Одна из версий есть, да? Я думаю, что это вопрос, который нужно отдельно обсуждать.
    Большое спасибо, Надежда Сергеевна.
    Слово предоставляется, как мы и договаривались Виталию Борисовичу.
    Еремеев В.Б. За три года до замечательного эмоционального выступления Василия Ивановича и Виктора Алексеевича мы организовали некоммерческое партнерство, состоящее из нескольких десятков многодетных семей. Целью нашей была некая семейная безопасность, чтобы перевезти семьи московские. Мы в какой-то момент поняли, смотря на московские пробки и смог, что не сможем своих детей здесь нормально воспитать. Но многие из нас привязаны к Москве работой, собственным бизнесом. Как правило, многодетные семьи – это не те, которые сидят по собесам и выпрашивают какие-то дополнительные субсидии. Из этих нескольких десятков многодетных семей сейчас больше ста семей, которые хотят выехать и организовать поселок в разумных пределах от Москвы, в котором можно было бы не просто проживать и ездить на работу в Москву, а чтобы большая часть детей, которые там находятся, чтобы они там жили, учились. И, может быть, вторая половина чья-либо работала на земле, чтобы там было тепличное хозяйство. Мы, наверное, не потянем пашню и крупное животноводство, но свой свинарник или теплицы – вполне. У людей есть деньги для того, чтобы построить собственное жилье. Но три года прошло с тех пор, как мы столкнулись с тем, что каким-то образом организоваться и получить единый кусок земли, чтобы можно было унифицировать наши расходы на образование, инфраструктуру, чтобы там был какой-то магазин, школа, детский сад и какое-то минимальное развлечение, чтобы там волком не выть и на стену не лезть, невозможно совершенно.
    Мы попробовали обратиться к главам районов, знаете, похоже, что до Президента достучаться проще, чем до главы Дмитровского, Истринского, я уж не говорю, Одинцовского района, это вообще какие-то небожители.
    Год назад, даже больше, осенью 2009 года мы озвучили свою инициативу здесь в Клубе. Юрий Евгеньевич нам очень помогал, но все равно в результате все бумаги спускаются на уровень муниципальных образований, и там полный штиль. Что самое интересное, нам предлагаю купить больше чем в ста километрах от Москвы, выиграть конкурс и купить землю для того, чтобы там строиться.
    Хотелось бы попросить для таких объединений людей. Понимаете, когда-то были МЖК, когда-то были кооперативы, в которых как ни странно живут порядка 20% жителей крупных городов. Это кооперативные дома, которые строились за счет того, что государство давало кредит, эти люди все возвращали государству. Вот хотелось бы разработать такой механизм.
    Дело в том, что мы общались с Александром Борисовичем Коганом, который готовит целый комплекс поправок в законодательство для того, чтобы и можно было группам граждан, особенно каким-то социальным группам – бывшим военнослужащим, многодетным семьям таким образом взаимодействовать с муниципальными образованиями, получая государственную землю, впоследствии никто не против совершенно расплатиться за эту землю. Но давайте это как-то не разом. Потому что сейчас рынок земли такой, на нем сидят… Губернаторский корпус просто полностью парализовал рынок земли. Я не только про Москву и Подмосковье говорю. Я не могу провести прокурорское расследование, но у многих губернаторов, как говорят, есть аффилированные структуры, которые просто удерживают землю и не дают землю получать группам граждан. Все. Спасибо.
    Поддержите, пожалуйста, нашу инициативу. Я так понимаю, что есть в «Единой России» проекты «Свой дом», «Урал» и т.д. Давайте сделаем пилотный проект, мы готовы полностью стать прозрачной структурой. Мы назначим попечительский наблюдательный совет, который до каждой копейки будет нас проверять в любое время суток, хоть в полночь приезжайте, что мы ни копейки не своровали, никому землю не выделили. Вот сто семей в каком-то достаточно ближнем Подмосковье. Давайте построим поселок! И покажем, как это можно сделать на примере, раскладывая по пунктам.
    У меня есть эти люди, я их могу в любой момент собрать, вывезти, показать, что это не мертвые души, а многодетные семьи. Многие берут детей из детских домов, инвалидов из регионов. Совершенно искренние и хорошие люди.
    Яровая И.А. Спасибо большое.
    Дальше ведение будет обеспечивать Владимир Тимофеевич. И слово предоставляется Лиане Витальевне.
    Пепеляева Л.В. Я очень кратко. Наша Новосибирская область была первым регионом, которая забрала землю у неэффективных пользователей. Это было еще в 2009 году, до того, как мы наш закон приняли. В Татарском районе у нас два участка по 25 га у фермера забрали. Сейчас процесс у нас еще пошел, в январе месяце первое судебное решение состоялось тоже по Татарке, и Искитиму будет на следующей неделе.
    На самом деле у нас в Новосибирске больше 11 млн. га земель сельхозназначения и не используется 700 тысяч. Валерий Львович, вы приводили цифру 68 тыс. рублей. Наши эксперты, которые занимаются землей, может быть, в Новосибирске существенно меньше, но говорят, что цифра должна быть меньше. Но, конечно, затраты на то, чтобы залежи осваивать, есть, и техника, которая будет работать на этих участках примерно в 3-4 раза быстрее изнашивается. Но тем не менее у нас недавно прошло совещание в области, я думаю, 700 тыс.га вряд ли кто-то будет быстро осваивать, но на очень большие участки есть желающие, и сейчас мы будем каким-то образом на конкурсной основе эти участки распределять. Но вначале, безусловно, процедура судебная.
    Так что мы были пионерами в этой области.
    Поцяпун В.Т. Спасибо Лиана Витальевна.
    Я хотел бы дать слово живому фермеру, который у нас сидит всех и нас слушает. Может быть, он что-то нам скажет, что не знает ни руководители фермеров, ни патриархи сельского хозяйства. Петр Васильевич, есть у вас что сказать?
    Дергунов П.В. Да я ничего нового добавить не могу. Я просто уже третий десяток фермер, но вижу, что на протяжении всех этих лет проблемы, как были с самого начала организации фермерских хозяйств, так и сохранились по сегодняшний день.
    По получению и оформлению земельных участков. На данный момент у муниципалов земли для выделения ее крестьянам и фермерам точно нет. Земля кругом есть, но она в собственности, зарастает и никем не используется.
    По поводу оформления паев бывших колхозов и совхозов. Это тоже очень тяжелый вопрос. Если у кого-то получается получить, здесь такие самые мелочные вопросы, скажем, как работа геодезических фирм по землеустроительному делу… Во-первых, не каждый может потянуть по деньгам, сроки тоже затягиваются месяц–два, три, четыре. Дальше идет земельно-кадастровая палата. Это вообще мрак! По закону положен месяц на то, чтобы дали ответ. Бывает 3-4 месяца, и в итоге отказ, находят какие-то закорючки, и все начинается по новому.
    Второй вопрос, с которым мы столкнулись. С начала организации крестьянско-фермерских хозяйств мы все были юридическими лицами. Как только приняли Гражданский кодекс в 1995 году, нас просто вызывали в налоговую инспекцию и пугали нас чуть ли не прокуратурой, что теперь понятия «крестьянско-фермерское хозяйство» нет, мы должны переводиться или в ЛПК, или в индивидуальные предприниматели, или в другие формы. Я в данный момент называюсь «генеральный директор ООО «Крестьянское хозяйство Дергунова». Вот такая аббревиатура получается.
    У меня такое предложение, независимо, как называется сельхозпроизводитель – ООО или индивидуальный предприниматель, или еще как-то, должен быть статус крестьянского хозяйства.
    И последнее. Очень трудно произвести продукцию, но на протяжении всех этих лет уверен, что сбыть еще труднее. На рынке, как правило, пробиться очень тяжело, да и у нас производителю некогда этим заниматься. Поэтому создание коммерческих сбытовых кооперативов, думаю, решит этот вопрос сбыта. Но опять же без помощи государства эти кооперативы создать невозможно, потому что строительство складов, инфраструктуры, техника, даже менеджеры, которые должны уметь это все организовать… Сами крестьяне это не потянут, поэтому требуется помощь государства. Спасибо.
    Поцяпун В.Т. Спасибо.
    Пожалуйста, Николай Александрович.
    Остарков Н.А. Наверное, даже хорошо, что я в конце говорю, потому что все проблемы и все взгляды на эту проблему, связанную с землей, все это совсем по-другому начинает выглядеть, если вы взглянете на эту проблему с точки зрения инвестора. Я говорю именно о том, что надо взглянуть на эту проблему методологически с точки зрения инвестора. Это не значит, что не прав фермер или тот, кто требует защиты своих прав, садоводы, или предложение о том, чтобы каким-то семьям выделить землю и т.д. Если в регионе сумели привлечь инвестора, то есть человека, который придет с деньгами и как раз решит эти проблемы со складами, с инфраструктурой, с налаживанием системы сбыта и т.д. – это и есть критерий. Это, как в чистой воде рыба водится, так и это есть критерий. Человек, который готов создавать рабочие места и прийти в регион, если он готов прийти, это и является критерием того, что здесь все нормально. Это как бы такой взгляд, с какой позиции на это все надо смотреть.
    Что касается конкретного предложения. Нам кажется, что есть ключ к решению всех этих проблем – это территориальные планы субъектов Российской Федерации. Вот туда нужно заложить методику, с помощью которой… Грубо говоря, нет плана территориального развития, нет соответствующего чиновника. Вот есть чиновник, который отвечает за бюджет, точно так же в регионе должен быть человек, который отвечает за план регионального развития. Если он этот план, так же, как бюджет, не способен подготовить, значит, такой функции, такого чиновника быть не должно. И в этом плане территориального развития должно быть достаточно публично представлено то, какие участки выделаются на продажу, с какой инфраструктурой, какие участки свободны, с точки зрения подключения энергетики, где есть перспектива. Вот там она есть, а здесь ее нет, и здесь не будет развиваться энергетика. Уровень этих территориальных планов, конечно, уровень субъекта Российской Федерации, но дальнейшая детализация должна идти также на муниципальном уровне.
    Кстати, Минрегион мог бы выступить тем органом, который контролирует, и где происходила бы защита генеральных планов и соответствующая экспертиза. Тогда мы получаем конкретный механизм решения всех этих многообразных проблем: и выделения земель под какие-то социальные проекты, и решение проблемы размещения военнослужащих и т.д. – другая категория земель. Наконец, самое главное – это земли, которые с соответствующей инфраструктурой и подготовлены соответствующим образом, будут предоставляться за деньги, естественно, инвесторам. А инвестор должен приходить с соответствующей программой создания рабочих мест в регионе. Вот таким образом комплексная проблема освоения земель и будет решаться. Спасибо.
    Поцяпун В.Т. Спасибо.
    В общем и целом мы круг обозначили. Просьба ко всем огромная, 2 марта будет съезд фермеров, и все, кто болеет душой каждый день об этих проблемах, или кто сегодня ими заразился и имеет какие-то свои мысли и соображения, направляйте или в ЦСКП… Давайте через ЦСКП все ваши предложения, которые тогда Владимир Николаевич, как руководитель партийного проекта, суммирует, и уже как мнение не только фермеров, но и мнение партийных клубов и тех депутатов, которые подключатся к этой проблеме, сумеет высказать публично и для самих фермеров, и для нас в том числе. То есть сейчас время есть, съезд перенесли, и просьба всех включиться.
    Я думаю, что мы, может быть, правильно назвали проект, но он все равно узкий. У нас три уже получается: был проект Геннадия Васильевича (он как бы формально существует), есть у Василия Ивановича проект, сейчас мы новый сделали. Может быть, надо еще несколько более узкоспециализированных. Но вы видите, что проблемы разного плана всплывают, может быть, они к фермерству не совсем плотно подходят. Наверное, сделать на базе этого партийного проекта такой штаб наш партийный. Все вопросы острые, как нам ученые говорят, выживания страны… И сделать к формирующейся рабочей группе партийного проекта, может быть, еще дополнительные секции более широкого плана. Да, Владимир Николаевич? У вас сейчас энергия есть, желание, министр с вами взаимодействует, профильные организации. Может быть, мы сумеем хоть немножко сдвинуть проблему с мертвой точки, и не через 20 лет, Валентин Петрович, а через 18 эту проблему решить, или через 15. Да?
    Шадрина Л.И. Сельскохозяйственную кооперацию еще надо вспомнить, без нее фермерство развиваться не будет.
    Поцяпун В.Т. Могут разные вопросы всплывать, рождаться. Я не хотел бы обижать «Деловую Россию», но в Древнем Риме гражданином был только собственник земли и тот, кто на ней работал а купцы, ремесленники, ростовщики и прочие специалисты, политики, были людьми, проживающими рядом с ними, но права голоса не имели. Наверное, мудрая была система и достаточно продуктивная. Вопрос, может быть, и неподъемный, но он правильный, как нам говорят все участники и коллеги, людей нужно на землю привести, вернее, сделать так, чтобы земля досталась людям, а уж они, наверное, разберутся, и все остальные технические проблемы потом будут решать.
    Спасибо всем огромное! Я думаю, мы эту тему не в последний раз обсуждаем.

    Версия для печати